IPB

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

> Тренинги Ясное мышление

Отправить заявку на тренинг: Форма регистрации

 
Добавить ответ в эту темуОткрыть тему
> Книга I гл.V (перевод)
Fix
сообщение 11.12.2007, 16:40
Сообщение #1





Группа: Коллеги
Сообщений: 58
Регистрация: 17.8.2006
Пользователь №: 17



Код

ГЛАВА V. ОБЩАЯ ЛИНГВИСТИКА.

                                  ...слово  абстракция не  означает, что
                             предмет  есть  ничто.  Это  значит  только,
                             что   его   существование  --   лишь   одна
                             из  составляющих   более  конкретной  части
                             природы. (573) A.N.WHITEHEAD

                                  По моему мнению,  ответ на этот вопрос
                             краток, а  именно: когда  законы математики
                             имеют  отношение   к  реальности,   они  не
                             точны; и  когда они точны, они  не касаются
                             реальности. (151) A.EINSTEIN

                                  Таким образом,  кажется, что  когда бы
                             мы ни делали выводы из восприятий, мы можем
                             правомерно  делать  выводы  только  лишь  о
                             структуре. А  структура есть то,  что может
                             быть  выражено   с  помощью  математической
                             логики, каковая  включает математику. (457)
                             BERTRAND RUSSELL

                                  Современные  мнения о  восприятии есть
                             опорный  пункт  современных  метафизических
                             затруднений.  Они берут  своё начало  в том
                             самом непонимании, которое  привело к гнёту
                             категорий вещество-качество.  Древние греки
                             смотрели  на  камень   и  ощущали,  что  он
                             серый. Они не  знали современной физики; но
                             современные философы обсуждают восприятие в
                             терминах  категорий,  восходящих к  древним
                             грекам. (574) A.N.WHITEHEAD

                                  Однако,    на    взгляд    биохимиков,
                             биофизиков,   биологов  и   физиологических
                             психологов, жизнь  и разум  так удивительно
                             сложны и  состоят из  стольких гетерогенных
                             процессов,   что   их   общее   обозначение
                             как  двух  независимых   уровней  не  может
                             казаться   слишком   проясняющим,   и   для
                             свидетеля,  который   наблюдает  изобильное
                             и   неослабляющееся    появление   идиотов,
                             слабоумных,   лунатиков,   преступников   и
                             тунеядцев   в   нашей  среде,   перспектива
                             появления божества почти  так же неизбежна,
                             как древнегреческие  календы. [первое число
                             месяца у древних римлян; у греков календ не
                             было --  прим.перев.] (555)  WILLIAM MORTON
                             WHEELER

     Говоря о  лингвистических исследованиях,  я подразумеваю  не только
анализ  распечатанной  "фанерной  болтовни" (canned  chatter),  как  это
назвал  бы  Кларенс Дэй  (Clarence  Day),  но  и поведение,  поступки  и
с.р  живых  Ивановых  и  Петровых,  а также  связь  между  звуками,  ими
издаваемыми,  и  их поведением.  Не  может  быть проведено  достаточного
анализа, и  причина, похоже, в  том факте, что каждый  существующий язык
в  действительности  представляет  собой  конгломерат  РАЗНЫХ  языков  с
различными  структурами,  и  следовательно, чрезвычайно  сложен  до  тех
пор, пока  структура не  учитывается. То, что  "лингвисты", "психологи",
"логики"., были, и как правило остаются, невежественными в МАТЕМАТИКЕ --
языке величайшей простоты и  совершенства, с ясно очерченной структурой,
подобной структуре мира  -- кажется одной из  причин этой беспомощности.
Без изучения математики корректировка структуры выглядит невозможной.

     Мы не  должны удивляться,  обнаружив, что математику  можно считать
языком. По определению, то, что имеет символы и высказывания, называется
языком  --  формой  отображения   того  чего-то-что-происходит,  что  мы
называем  миром  и  что,  по  общему признанию,  НЕ  ЕСТЬ  СЛОВА.  Может
быть  сделано несколько  интересных  утверждений касательно  математики,
рассматриваемой   как  язык.   Во-первых,  математика   выглядит  формой
человеческого  поведения,  такой  же  подлинной  человеческой  функцией,
как  принятие  пищи или  ходьба,  функцией,  в которой  нервная  система
человека играет  очень серьёзную  роль. Во-вторых, с  эмпирической точки
зрения возникает  любопытный вопрос:  почему из всех  форм человеческого
поведения  занятие  математикой  В   КАЖДОМ  ИСТОРИЧЕСКОМ  ПЕРИОДЕ  было
самой  превосходной  человеческой   деятельностью,  создавая  результаты
такой огромной  важности и  неожиданной достоверности  -- деятельностью,
несравнимой  с  любыми  другими  проявлениями  человека?  Коротко  можно
сказать, что  секрет этой  важности и  достоверности математики  лежит в
математическом  МЕТОДЕ  и  структуре, которые  занимающиеся  математикой
Иванов, Петров  и Сидоров  использовали -- мы  можем даже  сказать, были
ВЫНУЖДЕНЫ  использовать. Не  обязательно полагать,  что математики  были
"высшими"  людьми. Мы  увидим позднее,  что математика  не самая  высшая
деятельность  "человеческого  разума",  но,  наверное,  наиболее  ЛЁГКАЯ
и  простая;  и  следовательно, оказалось  возможным  создать  структурно
совершенный продукт этого простого типа.

     Понимание и правильная оценка того,  что было сказано о структуре и
методе математики, будут играть важную  семантическую роль до конца этой
работы,  и следовательно,  становится необходимым  остановиться на  этой
теме поподробнее. Мы должны разделить создаваемые нами абстракции на два
класса:  (1) объективные  или  физические  абстракции, которые  включают
наши  повседневные  понятия;  и (2)  математические  абстракции,  взятые
из  чистой математики,  в  ограниченном смысле,  и  затем обобщённые.  В
качестве примера математической абстракции мы можем взять математическую
окружность.   Окружность  определена   как  геометрическое   место  всех
точек  на  плоскости,  расположенных  на  равном  расстоянии  от  точки,
называемой центром.  Если мы спросим,  есть ли такая реальная  вещь, как
окружность,  некоторые  читатели  могут быть  удивлены,  обнаружив,  что
математическая  окружность  должна  рассматриваться как  чистая  фикция,
никакого объективного существования нигде не имеющая. В наше определение
математической  окружности  включены  ВСЕ  ХАРАКТЕРИСТИКИ,  и  всё,  что
мы  можем обнаружить  насчёт  математической  окружности позднее,  будет
строго обусловлено  этим определением;  никаких новых  характеристик, не
включённых уже  в это определение,  никогда не будет выявлено.  Мы видим
отсюда, что МАТЕМАТИЧЕСКИЕ АБСТРАКЦИИ  ХАРАКТЕРИЗУЮТСЯ ТЕМ ФАКТОМ, ЧТО В
НИХ ВКЛЮЧЕНЫ ВСЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ.

     Если,  с  другой  стороны,  мы  нарисуем  объективную  "окружность"
на  доске или  на  листе  бумаги, простое  размышление  покажет, что  мы
нарисовали  НЕ математическую  окружность,  а КОЛЬЦО  (ring). Оно  имеет
цвет,  температуру, толщину  нашего куска  мела или  стержня карандаша,.
Когда мы  рисуем "окружность",  это больше не  математическая окружность
СО  ВСЕМИ ХАРАКТЕРИСТИКАМИ,  ВКЛЮЧЕННЫМИ В  ОПРЕДЕЛЕНИЕ; она  становится
ФИЗИЧЕСКИМ КОЛЬЦОМ, в котором появляются некоторые НОВЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ,
в нашем определении не перечисленные.

     Из  вышеупомянутых  наблюдений  вытекают  очень  важные  следствия.
Занятия   математикой  представляют   собой  очень   простую  и   лёгкую
человеческую  деятельность,  потому  что  она имеет  дело  с  фиктивными
сущностями   без  опущенных   характеристик,   и   мы  действуем   путём
запоминания. Структура  математики, из-за  этой сверх-простоты,  а также
структурного  подобия  внешнему  миру,  делает  возможным  для  человека
создание вербальных систем поразительной достоверности.

     Физические  или повседневные  абстракции значительно  отличаются от
математических абстракций. Возьмём любой реальный объект; к примеру, то,
что  мы называем  карандашом.  Хотя мы  может  описать или  "определить"
"карандаш"  с  любой  желаемой  детализацией, тем  не  менее  невозможно
включить  ВСЕ  характеристики,  которые   мы  можем  обнаружить  в  этом
действительном  объективном  карандаше.  Если читатель  попытается  дать
"законченное"  описание или  "завершённое" определение  любого реального
объекта, включив "все"  характеристики, он убедится, что  эта задача для
человека невыполнима. Он должен описать не только многочисленные грубые,
макроскопические  характеристики, но  также  и микроскопические  детали,
химические соединения  и изменения,  суб-микроскопические характеристики
и  бесконечно  меняющееся  отношение  этого  объективного  чего-то,  что
мы  называем карандашом,  к  остальному  миру., неисчерпаемое  множество
характеристик, которое  не может никогда закончиться.  Обычно физические
абстракции, включая повседневные,  таковы, что ХАРАКТЕРИСТИКИ ОПУСКАЮТСЯ
--  мы действуем  путём [процесса]  забывания. Другими  словами, никакое
описание или "определение" никогда не будет включать все характеристики.

     Только и  исключительно в математике дедукция,  если она корректна,
работает абсолютно,  поскольку не  были опущены  никакие характеристики,
которые могли  бы быть обнаружены  позднее и вынудить нас  изменить наши
заключения.

     Не   так   в   абстрагировании  от   физических   объектов.   Здесь
характеристики опускаются; мы действуем путём забывания, наши заключения
работают  лишь   относительно  и  должны  подвергаться   пересмотру  при
обнаружении  новых характеристик.  В математике,  однако, мы  строим для
себя  фиктивный и  СВЕРХ-УПРОЩЁННЫЙ вербальный  мир, с  абстракциями без
опущенных характеристик. Если мы сравним  математику, взятую как язык, с
нашим  повседневным языком,  мы  сразу увидим,  что  в обоих  вербальных
процессах мы строим для  себя формы отображения того-что-происходит, что
НЕ является словами.

     Рассматриваемая  как язык,  математика оказывается  языком наиболее
совершенным, но в его  низшем развитии. Совершенным, поскольку структура
математики  даёт  ей  возможность   быть  таким  языком  (нет  опущенных
характеристик,  нет  физического  содержания),  и потому  что  это  язык
ОТНОШЕНИЙ,  которые  также обнаруживаются  в  мире.  В низшем  развитии,
поскольку мы можем говорить на нём об очень немногом, и даже это в очень
узкой области и в ограниченных аспектах.

     Другие наши языки  представляются тогда в виде  другой крайности, в
виде  высшей  математики,  но  также  в её  низшем  развитии  --  высшая
математика,  поскольку  мы   можем  говорить  обо  всём;   в  её  низшем
развитии,  поскольку эти  языки  всё ещё  A[ристотелевы]  и не  основаны
на  асимметричных  отношениях.  Между   двумя  языками  существует  пока
что  широкая структурная  пропасть,  не  оборудованная мостом.  Создание
моста  --  задача  работников   будущего.  Некоторые  будут  работать  в
направлении изобретения новых математических методов и систем, приближая
границы  определения  и  применимость   математики  к  таковым  обычного
языка (например,  тензорное исчисление, теория групп,  теория множеств[,
algebra of states and  observables],.) Другие предпримут лингвистические
исследования, предназначенные для сближения обычного языка с математикой
(например,  данная  работа).  Когда  две  формы  отображения  встретятся
[on  relational  grounds], мы  будем  иметь,  вероятно, простой  язык  с
математической структурой,  и математика, как таковая,  может даже выйти
затем из употребления.

     Нежелательно,  чтобы читатель  был под  впечатлением того,  что всё
математическое  "мышление"  есть  низкопробное  "мышление".  Математики,
которые открывают  или изобретают новые  МЕТОДЫ для задания  отношений и
структуры --  крупнейшие "интеллектуальные" гиганты, которые  у нас были
или даже  будут. Низкопробным "мышлением" может  рассматриваться простая
техническая игра символами с целью нахождения каких-либо новых возможных
комбинаций.

     Из  того  что  было  сказано, вероятно,  уже  почти  очевидно,  что
если  кто-то захочет  работать  над задачами  такой огромной  сложности,
что  они  до  сих  пор  не поддаются  анализу,  для  него  оказалось  бы
неслабой  поддержкой, если  бы  он потренировал  свои  с.р в  простейших
формах  корректного  "мышления"; то  есть,  если  бы он  познакомился  с
математическими методами. Продолжительное  применение этого реляционного
метода  должно  в  конце-концов  пролить некоторый  свет  на  величайшие
сложности,  такие  как  жизнь  и   человек.  По  контрасту  с  огромными
достижениями  во всех  технических областях,  наше знание  "человеческой
природы"  продвинулось  вперёд  совсем  мало  по  сравнению  со  знанием
о  себе   первобытных  людей.  Мы  пытались   проанализировать  наиболее
загадочные  феномены,  пренебрегая  структурными  особенностями  языков,
и,  таким  образом,  не смогли  обеспечить  достаточное  фундаментальное
обучение  новым с.р.  Практически во  всех университетах  математические
требования  сейчас  крайне низки,  даже  для  научных работников,  более
низки,  в действительности,  чем требуется  для совершенствования  самих
этих работников.  Лишь те,  кто специализируется в  математике, получают
"продвинутое" обучение, но  даже у них мало внимания  уделяется МЕТОДУ и
СТРУКТУРЕ  языков КАК  ТАКОВЫХ.  До недавнего  времени, сами  математики
несли  некоторую ответственность  за это.  Они считали  математику некой
разновидностью  "вечной  истины"  и  сделали  из  неё  что-то  наподобие
религии; забывая, или не зная, что эти "вечные истины" верны лишь до тех
пор, пока не  меняется нервная система Ивановых и  Петровых. Кроме того,
многие даже  сейчас отказываются  признавать какую-либо  возможную связь
между математикой и человеческими отношениями. Некоторые из них, в своём
религиозном  рвении, похоже,  пытаются сделать  свои предметы  сложными,
непривлекательными  и  таинственными  насколько возможно,  дабы  внушить
студенту благоговейный страх. К счастью, на такую позицию начинает иметь
место жёсткая  реакция среди  молодого поколения математиков.  Это очень
обнадёживающий признак,  поскольку нет  сомнений в  том, что  без помощи
профессиональных  математиков,  понимающих  общую важность  СТРУКТУРЫ  и
МАТЕМАТИЧЕСКИХ  МЕТОДОВ, мы  будем неспособны  решить наши  человеческие
проблемы заблаговременно для предотвращения довольно серьёзных надломов,
поскольку эти  решения в корне  зависят от структурного  и сематического
анализа.

     В  тот  момент, когда  мы  отвергаем  старую теологическую  позицию
по  отношению   к  математике   и  набираемся   храбрости  рассматривать
её  как  форму  человеческого  поведения  и  выражения  обобщённых  с.р,
вырисовываются некоторые интересные проблемы. Такие термины как "логика"
или  "психология" применяются  во многих  различных смыслах,  но, помимо
всего  прочего,  они  используются   как  обозначения  для  определённых
дисциплин,  называемых  науками.  "Логика"  определяется  как  "наука  о
законах мышления". Отсюда очевидно, что  для создания "логики" мы должны
изучить все  формы человеческого поведения, непосредственно  связанные с
процессом  мышления; мы  должны изучить  не только  процессы мышления  в
повседневной жизни  средних Ивановых,  Петровых., но  также Эйнштейнов.,
когда они используют свой "разум" наилучшим образом; а именно, когда они
занимаются математикой, наукой., и  мы должны также изучить мыслительные
процессы тех,  кого мы называем  "безумными", когда они  используют свой
"разум"  наихудшим  образом.  Нашей  целью  не  является  предоставление
детализированного списка  тех форм человеческого поведения,  которые нам
нужно изучить,  поскольку все  они должны быть  изучены. Для  нашей цели
достаточно  подчеркнуть  два  важнейших  упущения;  а  именно,  изучение
математики и изучение "безумия".

     Поскольку к "психологии" применимо похожее рассуждение, мы должны с
прискорбием  согласиться, что  мы  до  сих пор  не  имеем общей  теории,
которая  заслуживает   названия  "логики"  или  психо-логики.   То,  что
проходит  под  именем  "логики",   например,  не  "логика"  согласно  её
собственному определению,  но представляет собой  философскую грамматику
примитивно-сделанного языка, со структурой,  отличной от структуры мира,
неподходящую для серьёзного использования. Если мы попытаемся употребить
правила старой  "логики", мы обнаружим себя  застрявшими в разнообразных
тупиках.  Так что,  естественно, мы  придём к  заключению, что  не имеем
какого-либо применения для подобной "логики".

     Отсюда также следует, что любой, кто имеет сколько-нибудь серьёзное
намерение стать  "логиком" или психо-логиком, должен,  в первую очередь,
стать  разносторонним  математиком  и должен  также  изучить  "безумие".
Только   с  подобной   подготовкой  есть   какая-то  возможность   стать
психо-логиком или семантиком. Иногда полезно прекратить обманывать самих
себя;  а  мы обманываемся,  если  считаем  себя изучающими  ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ
психо-логику,  или ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ  "логику",  когда  мы делаем  заключения
лишь  на  основе форм  человеческого  поведения,  общих с  животными,  и
пренебрегаем  другими,  особенно  наиболее характерными  формами  именно
человеческого поведения, такими как математика, наука и "безумие". Если,
как психо-логики, мы хотим быть "бихевиористами", то ясно, что нам нужно
изучить  ВСЕ  известные  формы  человеческого  поведения.  Но,  кажется,
то,  что  математика  и  "безумие" есть  самые  характерные  его  формы,
"бихевиористам" никогда не приходило в голову.

     Некоторые   читатели    могут   быть    озадачены   тем,    что   я
называю    используемые    нами     повседневные    формы    отображения
"примитивно-сделанными". Давайте проиллюстрируем то,  что я имел в виду,
классическим примером.  Более двух  тысяч лет известный  парадокс Зенона
ставил  в  тупик  философов  без  какого-либо  решения  и  лишь  в  наши
дни  был  решён  математиками.  Парадокс состоит  в  том,  что  Ахиллес,
предположительно  очень  быстрый бегун,  в  гонке  с черепахой,  которая
стартовала  первой,  никогда  не обгонит  своего  медленного  соперника,
потому что,  начинается аргументация, до  того как он  догонит черепаху,
ему  нужно пробежать  половину расстояния  до неё,  а до  этого половину
половины расстояния до неё, и так  далее. Неважно, сколь долго это может
длиться,  всегда будет  некоторое  расстояние,  которое можно  разделить
пополам,  и таким  образом, следует  заключение, он  никогда не  нагонит
черепаху.  Сейчас каждый  ребёнок  знает, что  этот  вывод ошибочен;  но
вербальный довод в пользу неверного вывода остаётся, в руках "философов"
и  "логиков", полностью  правильным более  двух тысяч  лет. Этот  пример
проливает  свет на  уровень  развития, которого  мы  достигли и  которым
частенько хвастаемся.

     Таким  образом,  не  имея  направляющей нас  ОБЩЕЙ  научной  теории
"логики"  и   психо-логики,  задача  исследования  вроде   этого  сильно
затруднена. Мы вынуждены попросту идти вперёд ощупью, как первопроходцы;
а это всегда сложная и трудная задача.

     В действительности  очень важно, чтобы  не только учёные,  но также
интеллектуальная  общественность  как  целое, поняла,  что  в  настоящее
время  мы не  имеем общей  теории, которую  можно назвать  "логикой" или
психо-логикой.  Возможно,  пониманию  этого  в  самом  деле  шокирующего
положения вещей поможет наглядный пример. Представьте, например, что нам
нужно попытаться  исчерпывающим образом изучить  динозавров. Стандартные
методы  изучения группировались  бы  вокруг оставшихся  от них  реальных
окаменелостей, когда таковые есть в нашем распоряжении; но в случае если
эти  вымершие ископаемые  формы  были бы  очень  скудными или  полностью
отсутствовали,  большое количество  информации  было  бы получено  путём
изучения  следов, оставленных  на грязевых  поверхностях, которые  стали
впоследствии  камнями.  Кажется  неопровержимым, что  подобное  изучение
окаменевших следов внесло бы огромный  вклад в формулировку любой "общей
теории"  о  характеристиках  динозавров.  Мы могли  бы  пойти  дальше  и
заявить,  что никакая  "общая теория"  не может  быть законченной,  пока
подобным исследованием полностью пренебрегают.

     Вот  это  в  точности  та   самая  ситуация,  в  которой  находятся
"психологи"  и "логики".  Они провели  множество исследований  и собрали
некоторое количество  фактов, но на данный  момент полностью пренебрегли
теми уникальными  и своеобразными чёрными следами,  которые математики и
прочие  оставили  на белой  бумаге,  занимаясь  математикой или  наукой.
Старые  "психологические"  обобщения   были  сделаны  из  недостаточного
количества  данных, несмотря  на  тот факт,  что  ДОСТАТОЧНЫЕ данные,  а
именно,  чёрные  значки на  белой  бумаге,  существуют, и  существовали,
долгое  время. Но  "психологи" и  "логики" не  были способны  эти значки
читать, анализировать и интерпретировать.

     В данных обстоятельствах, не  должно удивлять обнаружение того, что
в изучении  животных мы исказили наше  исследование, приписывая животным
наши собственные  функции, и что  мы исказили своё понимание  самих себя
ошибочными  обобщениями, выведенными  из  незначительного числа  данных,
полученных по большей части изучением функций, общих у людей и животных.
Таким  образом,  мы меряем  себя  животными  стандартами. Эта  ошибка  в
основном  следствие пренебрежения  тех, кто  имеет дело  с человеческими
отношениями, математическими  методами и  проблемами структуры.  В самом
деле,  как я  уже показал  в своей  "Зрелости Человечества"  (Manhood of
Humanity),  то, что  мы  называем "цивилизацией",  держится на  неверных
обобщениях, взятых  из жизни  коров, лошадей,  кошек, собак,  свиней., и
возложенных на самих себя Ивановыми и Петровыми.

     Главный тезис этой  неА[ристотелевой]-системы -- то, что  МЫ ВСЕ, С
ОЧЕНЬ  НЕБОЛЬШИМИ ИСКЛЮЧЕНИЯМИ,  ДО СИХ  ПОР КОПИРУЕМ  ЖИВОТНЫХ В  НАШИХ
НЕРВНЫХ ПРОЦЕССАХ, и что практически все человеческие трудности, включая
"душевные"  заболевания всех  степеней,  имеют  составной частью  данную
характерную особенность. Я  рад, что могу сообщить о  том, что некоторое
количество экспериментов, проведённых над "душевно" или нервно больными,
продемонстрировало решительную пользу в случаях, где оказалось возможным
переобучить их на свойственные человеку с.р.

     Здесь,   однако,  может   быть   целесообразным  вставить   краткое
пояснение. Когда мы имеем дело  с человеческими отношениями и человеком,
мы  иногда  используем  термин  "должен" (ought),  который  очень  часто
используется без достаточных оснований,  догматически и абсолютистски, и
потому  его применение  дискредитировано. Во  многих кругах  этот термин
очень непопулярен, и,  надо признать, заслуженно. Я использую  его в том
смысле, в каком его использует инженер, предпринимающий изучение машины,
полностью ему неизвестной -- скажем, мотоцикла. Он изучает и анализирует
ЕЁ СТРУКТУРУ и, наконец, выносит  вердикт, что, имея подобную структуру,
при  некоторых  обстоятельствах  эта   машина  ДОЛЖНА  (ought)  работать
определённым образом.

     В  настоящей  книге эта  инженерная  позиция  сохранена. Нам  нужно
исследовать структуру  человеческого знания  и сделать вывод,  что, имея
подобную  структуру,  оно  должно  функционировать  таким-то  конкретным
образом. В  примере с мотоциклом в  качестве доказательства корректности
рассуждений можно наполнить бак бензином и заставить мотоцикл двигаться.
В  нашей   аналогичной  задаче  мы  должны   ПРИМЕНИТЬ  полученную  нами
информацию и  посмотреть, работает  ли она. В  экспериментах, упомянутых
выше,  неА[ристотелева]-система действительно  работала, и  поэтому есть
некоторая надежда,  что она верна. Дальнейшие  исследования, разумеется,
добавят к  ней, или  изменят, некоторые детали,  но это  справедливо для
всех теорий.

     Другая   причина  того,   почему  нематематик   не  может   изучить
психо-логические  феномены  в  достаточной   мере,  заключается  в  том,
что  математика  -- единственная  наука,  которая  НЕ ИМЕЕТ  ФИЗИЧЕСКОГО
СОДЕРЖАНИЯ, и  следовательно, когда  мы изучаем деятельность  Ивановых и
Петровых,  занимающихся математикой,  мы  изучаем единственно  доступное
нам  употребление  "чистого  разума".  Более  того,  математика  --  это
единственный язык,  который в настоящее время  имеет структуру, подобную
структуре мира и структуре нервной системы. Должно быть очевидно, что из
такого  исследования  мы  должны  научиться большему,  чем  из  изучения
любой  другой  "ментальной"  функции.  В некоторых  кругах  верят,  и  я
думаю,  ошибочно,  что  "психология"  и "логика"  не  имеют  физического
содержания. "Психология" и "логика" имеют вполне определённое содержание
-- Ивановых,  Петровых,. -- и  мы должны рассматривать эти  дисциплины в
связи  с  живыми  организмами.  Вполне  вероятно,  когда  вышеупомянутые
проблемы будут полностью осознаны, эти специалисты, будущие психо-логики
и  семантики, начнут  изучать математические  методы и  уделять внимание
структуре, и  некоторое количество  математиков, в свою  очередь, станет
психо-логиками,  семантиками,.  Когда  это случится,  мы  можем  ожидать
значительный прогресс в этих направлениях*.

     В   продолжение   этой   книги  будет   показано,   что   структура
человеческого  знания  препятствует   сколько-либо  серьёзному  изучению
"ментальных"  проблем без  основательной  математической подготовки.  Мы
должны принять на веру весь свет частичного знания, пролитый на человека
существующими  дисциплинами,   и  сделать  некоторые   НАБЛЮДЕНИЯ  путём
изучения НЕ ПРИНЯТЫХ ВО ВНИМАНИЕ форм человеческого поведения, таких как
математика,  точные науки  и  "безумие"  -- и,  имея  эти новые  данные,
приближённо переформулировать все доступные нам на 1993 год сведения.

     В  настоящей  ранней  стадии  нашего  исследования  мы  должны,  по
необходимости,  быть  часто  неконкретными.   До  того  как  мы  изложим
новые  данные, невозможно  говорить  более  определённым образом.  Кроме
того,  в  таком  общем  обозрении  мы  должны  использовать  то,  что  я
называю  МНОГОУРОВНЕВЫМИ  (multiordinal)  терминами. В  настоящее  время
все  наиболее   важные  для  человека  и   интересные  термины  являются
многоуровневыми, и использования таких терминов не может избежать никто.
Многоуровневость неотъемлемо  присуща структуре  "человеческого знания".
Этот многоуровневый механизм даёт ключ ко многим кажущимся неразрешимыми
противоречиям и объясняет, почему мы вообще едва-едва двигались вперёд в
решении многих человеческих проблем.

     Главная  характеристика  этих  многоуровневых  терминов  состоит  в
том, что  они имеют,  вообще говоря,  РАЗЛИЧНЫЕ ЗНАЧЕНИЯ,  в зависимости
от  уровня  абстракции.  Без  указания  уровня  абстракции  м.у.-термины
неоднозначны;  их  использование   приводит  к  непостоянным  значениям,
переменным, и  следовательно, порождает не  высказывания (propositions),
а  пропозициональные (propositional)  функции.  Не будет  преувеличением
сказать,   что  значительное   число   человеческих  трагедий,   личных,
общественных,  расовых.,  тесно  связано с  отсутствием  осознания  этой
многоуровневости важнейших используемых нами терминов.

     Подобная  же  путаница  между   порядками  абстракции  должна  быть
обнаружена  во всех  формах "безумия",  от легчайших,  которыми страдает
практически каждый из  нас, до наиболее резко  выраженных и интенсивных.
На самом деле, открытие этого механизма ведёт обратно к ТЕОРИИ ДУШЕВНОГО
ЗДОРОВЬЯ  (theory  of  sanity). Несовершенная,  каковой,  вероятно,  эта
теория является, она открывает широкое  поле возможностей, которые я, на
данном этапе, неспособен полностью оценить.

     В данный момент  кажется очевидной одна вещь; а  именно, что старые
теории и  методы имели  решительную тенденцию производства  слабоумных и
"безумных" субъектов, в то время как "гении" рождались лишь вопреки этим
помехам. Может быть,  в будущем мы будем  способны производить "гениев",
в  то  время  как  слабоумные  и  "безумные"  личности  будут  рождаться
только  вопреки нашим  мерам  предосторожности.  Если это  действительно
подтвердится, а кажется, результаты экспериментов дают некоторую надежду
на такой исход, этот мир станет совершенно отличным местом для жизни.


____________________________________
Перевод: Fix 4d876b82 СОБАКА gmail ТОЧКА com
первая редакция
распространяется как public domain


  


Вернуться в начало страницы
 
+Ответить с цитированием данного сообщения

Добавить ответ в эту темуОткрыть тему
2 чел. читают эту тему (гостей: 2, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



Текстовая версия Сейчас: 26.9.2017, 3:19